November 14th, 2013

А. Дворкин «Порнография: Мужчины обладают женщинами» Глава 1. Власть

Оригинал взят у a_dworkin_ru в Порнография: Мужчины обладают женщинами — Глава 1. Власть

Отрывок главы 1 "Power" из книги "Pornography: Men Possessing Women".

Оригинал перевода можно найти здесь.



Поскольку свобода всегда находится в зависимости от власти, тот род свободы, утверждение которого на настоящий момент является неотложным, зависит от природы власти, которая установлена и преобладает.
Р. Х. Тоуни, Равенство

Власть мужчины — это первое метафизическое утверждение самости. Я есмь, которое существует как априори, как базовое основание, как абсолют, не требующий ни приукрашиваний, ни извинений, индифферентный как в отношении опровержений, так и в отношении брошенного вызова. Самость выражает внутреннюю власть. Она никогда не перестает существовать — вне зависимости от того, на каких основаниях ее атакуют. Можно даже сказать, что она сильнее физической смерти. Эта самость не просто переживается субъективно. Она защищается и традицией, и законодательством, она провозглашается в искусстве и в литературе, она задокументирована историей, она поддерживается при распределении материальных благ. Эта самость не может быть искоренена и сведена к нулю. Она существует. Когда субъективное ощущение самости дает сбои, институции, созданные для ее сохранения, поддерживают ее на плаву.

Первый догмат идеологии мужского превосходства состоит в том, что мужчины имеют эту самость и что женщинам, по определению, ее не достает. Мужская самость кажется весьма противоречивой. С одной стороны, она подвешена в воздухе и магическим образом является вечной; она не нуждается ни в чем, что подпирало и поддерживало бы ее. С другой стороны, она дает право брать все, что угодно для того, чтобы поддерживать и улучшать себя, иметь все, что ей нужно, любой ценой. Фактически, здесь нет противоречия, лишь обычный простой круг: природа мужской самости в том, что она берет. Таким образом, по определению, абсолютная самость выражается в абсолютном праве брать все, в чем она нуждается для поддержания себя. Вот почему неизменная мужская самость сводится к крайнему дорефлексивному паразитизму. Самость является утверждением (сделанным в обход разума и тщательного анализа), что можно поставить знак равенства между тем, что хочешь, и тем, чем являешься. В стиле Декарта это утверждение может быть выражено так: я хочу и я вправе это иметь, поэтому я существую.
Collapse )

season

Защита от вербальной агрессии

.
По следам недавних баталий.

Если я замечаю агрессию в свой адрес - для меня она является первичной, наиболее значимым фактором общения, оставляющим за скобками всё: пол собеседника, его возраст, соц.положение и приверженность какому-либо движению. (Для людей, которых я знаю давно, могу сделать разовую скидку вида "что это было??".) Это значит, что если в мою сторону полетит известная субстанция с вентилятора - то я не буду разбирать, феминистская это субстанция или нет. Ответ - и "конвенционность" выбираемого мной вербального оружия - будет сдерживаться только рамками, установленными извне (правилами виртуальной площадки).

В последних срачах, однако, я видела чудесное. В ситуации "Антифеминистка А оскорбила феминистку Б, пришел друг/муж/брат (нужное подставить, главное что мужчина) феминистки Б и ответил А на её сексистском языке" мужчина объявляется патриархатным мудаком, а антифеминистка А - чуть ли не "хорошей девочкой". Хотя украинские френды, которые в теме, отлично знают, каким языком общается с женщинами эта "хорошая девочка", мать четырех мальчиков (см. "хулсівська підстилка" (с) и другие перлы).

При этом те же феминистки, выносившие суждение о "патриархатном мудаке", в спорах (с феминистками же) используют выражения вида: "высеры", "троллит", "паясничает", "почем брали дрессированного нетакого" (мужа, имеется в виду), "местная юродивая", "остопиздела", "хуезащитница".

У меня вопрос. Каким образом феминизм может влиять на выбор вербального "оружия" в таких ситуациях? И влияет ли?
Я не чувствую себя нарушившей какую-либо заповедь, отвечая агрессорам на их языке. Мой единственный принцип - не начинать первой.