ulanika (ulanika) wrote in feminism_ua,
ulanika
ulanika
feminism_ua

Гендерная страница

Сегодня вашему вниманию представляется статья Аллы Чириковой "Женщина на высших этажах региональной власти"

На протяжении последних десятилетий не утихают споры о том, почему в высшей иерархии власти во всем мире так мало женщин. По оценкам аналитиков, представительство женщин на руководящих постах в исполнительной власти в среднем в разных странах мира находится на уровне 8-10%, и лишь в Скандинавии этот показатель существенно выше: 25-40%. В парламентах доля женщин выше, чем в исполнительной власти и варьируется от 21,2% в странах Европы до 41,4% в Скандинавии. Традиционно исследователи гендерных проблем склонны интерпретировать этот факт наличием «стеклянного потолка», преодолеть который женщинам непросто. Существует ли «стеклянный потолок» в России и если существует, то что собой представляет и насколько преодолим?

В России согласно Реестру государственных должностей федеральных служащих, мужчины на рубеже веков занимали 94% высших, 85% главных и 68% ведущих должностей, в то время как женщины находились на должностях, не предполагавших принятия решений. Так, группа «старших» работников, представленная начальниками несамостоятельных структурных подразделений, их заместителями, консультантами и советниками, наполовину состояла из женщин. Еще выше доля женщин в «младшей» группе, где они составили 80,6%. За последнее десятилетие представительство женщин в структурах российской власти немного выросло. Однако говорить об изменении сложившегося порядка, когда женщины преобладают на нижних этажах власти, и их число уменьшается по мере продвижения по иерархической лестнице, пока преждевременно.

Субъекты РФ при всех региональных различиях в целом повторяют тенденции, закрепившиеся на федеральном уровне. Вплоть до последних лет доля женщин на руководящих позициях в структурах региональной власти оставалась неизменно низкой, составляя 6-9%.На городском уровне женщины представлены лучше, чем на региональном. Однако среди мэров городов их доля не превышает 8-10%.

В этой связи возникает вопрос: что стоит за низкой проницаемостью структур власти для женщин? Гендерные стереотипы или нежелание самих женщин делать карьеру во власти? Особенности корпоративной культуры или консерватизм властных институтов? Поскольку схожие явления наблюдаются в различных странах, хотелось бы понять, какие из перечисленных барьеров являются сугубо национальным явлением, как они действуют в различных политических системах и насколько преодолимы.

В рамках проведенного нами исследования изучались два российских региона: Тамбовская область и Пермский край. В ходе исследования были взяты интервью у женщин-руководителей областного и городского уровней власти, кадровиков администраций и региональных экспертов1.

Реализация поставленной цели позволила не просто утверждать, что женщины проигрывают мужчинам как руководители, но дала возможность оценить потенциал преимуществ и недостатков женщин - руководителей по сравнению с мужчинами, опираясь на их собственные оценки, а также оценки субъектов кадровой политики;

Путь наверх: карьерный проект или случайность?

Среди исследователей российской власти сложилось традиционное мнение, что занятие руководящих позиций во власти осуществляется преимущественно по степени близости назначенца к первым лицам власти. Благодаря этому, мало обладать профессионализмом, чтобы попасть во власть, необходимо, в первую очередь, соответствовать и понимать, что ждет от тебя «первое лицо власти», во-вторых, необходимо сохранять лояльность команде даже тогда, когда ее действия расходятся с твоими собственными представлениями о правомерности тех или иных действий, совершаемых командой. Только в этом случае ты можешь рассчитывать на карьерный рост во власти.

Соответствуют ли данные мнения реальному положению дел?

Материалы исследования позволяют говорить о том, что модели попадания женщин на руководящие должности весьма различны. Однако при этом они являются результатом не целенаправленных усилий самих женщин, а следствием решения вышестоящего руководителя. Вот как наметившуюся тенденцию описывает одна из наших респонденток: «Женщину для работы во власти всегда выбирает конкретный работодатель. Принцип «хочу и буду» здесь не срабатывает. Возможную претендентку выбирает либо руководитель подразделения, либо руководитель города или края. Либо это может быть конкурсной процедурой. Однако в ходе конкурса мнение руководителя все равно является определяющим».

Личные истории попадания женщин на высшие руководящие позиции в исполнительной власти позволяют говорить как минимум о двух различных моделях карьерного продвижения. Первая модель - «модель постепенного роста», для которой характерно «постепенное завоевание зон влияния за счет профессионализма и эффективности управленческих шагов внутри власти». В основе данной модели опора при продвижении на успешный и длительный опыт работы внутри структур исполнительной власти. Однако претендентки, движущиеся по модели постепенного роста, как правило, все равно остаются зависимыми от выбора лидера и не проявляют карьерного рвения, даже при наличии выраженных профессиональных достижений. Однако сама инициация со стороны вышестоящих начальников никогда не бывает случайной и должна быть заработана успешной профессиональной деятельностью, что сами женщины хорошо осознают: «Каждое мое новое перемещение по горизонтали или вертикали всегда следовало за инициативным предложением извне. Я в принципе ведомая. Но на пустом месте предложения ко мне не возникали. Моя карьера не развивалась только по восходящей линии. После школы я пришла работать в библиотеку простым библиотекарем. И поставила там работу. На любом посту я находила возможность быть довольной собой и ставить себе высокие планки. Однако каждый раз я несамостоятельно отыскивала себе следующую ступеньку», - замечает в своем интервью вице-мэр города Перми Надежда Кочурова.

Вторая модель, построенная на привлечении претенденток извне - модель парашютирования» предполагает наличие у претенденток «развитого социального капитала, опыта управления и общественного признания». В основе данной модели - опыт общественной деятельности, в том числе опыт управления различными социальными центрами и общественными фондами, который обеспечивает хорошее знание претендентки первыми руководителями региона или города.В России этот путь менее востребован. Данная модель реализуется лишь в единичных случаях, но, похоже, что и в России, она могла бы быть реализована, если бы деятельность общественных организаций не была бы столь суженой.

В России, по мнению экспертов, довольно трудно говорить о преобладании той или иной модели. Скорее можно утверждать, что в России модели попадания женщин во власть продолжают оставаться достаточно случайными и индивидуальными. Это делает процесс продвижения российских женщин во власти достаточно зависимым от персонального выбора первых лиц, в варианте с исполнительной властью. Или финансовых ресурсов, в случае с законодательной властью.

Анализируя причины, по которым российские женщины-руководители не ставят себе специальной задачи карьерного роста во власти, респондентки упоминают в первую очередь о том, что зависимость любого карьерного роста во власти от непосредственных руководителей чрезвычайно высока. Именно поэтому собственные позиции или желания женщин занимать ту или иную должность, весьма часто просто не берутся в расчет.

Нередко ситуация складывается так, что сами назначаемые не вправе, в силу уважения, отказать вышестоящему начальнику, что предопределяет их движение наверх на высокие руководящие должности.

Вот что о своем назначении на должность министра рассказывает одна из наших респонденток, для которой авторитет руководителя оказался решающим при согласии на назначение: «Меня просто не спросили, когда назначали на должность. Я не могла обмануть ожидания премьера правительства, которого я уважаю. В любом случае я бы премьеру никогда в жизни нет не сказала. Он хорошо понимал, что большое уважение и авторитет в моих глазах не позволят мне отказаться. Дело было так. Я зашла к нему в кабинет, и он спросил: «Я Вам предлагаю...Я в ответ - у меня есть варианты? Он ответил: «Нет, вариантов нет, документ подписан. Так я стала министром». Не менее важным для женщины является не только авторитет руководителя, но внутреннее понимание тех функций, которые надо будет исполнять на новом месте. Иногда этот факт, наряду с другими, становится решающим, и женщина соглашается попробовать себя на новой должности, несмотря на опасения и страхи, неизбежно сопровождающие новое высокое назначение: «Мое назначение прозвучало для меня в разговоре с губернатором как факт решенный. Все думали, что я не откажусь. Большую роль сыграло то, что когда губернатором простраивалась моя будущая работа, то мне она была очень понятна. Известную роль сыграла симпатия к самому губернатору», - вспоминает министр образования и науки Тамбовской области Наталья Астафьева.

Женщины, действующие в рамках первой модели, говорят о решающей роли именно профессиональных качеств в их карьерном росте, который им помогает побеждать сложившиеся привычные практики назначения на руководящие должности исключительно мужчин: «Стеклянный потолок во власти существует, но я его специально не пробивала. Пришла работать завхозом в городскую администрацию, постепенно сама пробилась до заместителя вице-мэра. Хотя специально такой задачи не ставила», - считает вице-мэр.

Однако, как бы не настаивали сами женщины на определяющей роли профессиональных ресурсов при их продвижении во власть, нельзя забывать о роли личностных особенностей и полученного образования, которые наряду с социальным капиталом, нередко являются чуть ли не самыми главными, когда женщина начинает работу во власти.

Хорошее образование сегодня, по оценкам самих женщин, очень помогает в работе, так как ситуация неопределенности предъявляет особые требования к прогнозным навыкам, которые формируются тем успешнее, чем более хороший уровень образования женщиной получен. Если хорошее образование дополняется расположением ближайшего руководителя и необходимыми личностными ресурсами, тогда попадание женщины на руководящую должность во власти практически предопределено. Те женщины-руководители, которые не обладают характером, профессиональным любопытством, склонностью к решению трудных задач, настойчивостью, не умеют наладить отношения с подчиненными и с вышестоящими руководителями, не могут удержаться во власти, даже если им удалось на время завоевать одну из высших ступенек во властной иерархии.
Вторая модель попадания во власть или модель парашютирования, как правило, возможна в том случае, если женщина смогла накопить социальный капитал, добилась общественного признания. Данная модель в большей степени характерна для продвижения женщин в законодательную власть региона, хотя нельзя сказать, что претендентки с такими характеристиками не попадают в исполнительную власть. Вот как свой путь в законодательную власть описывает заместитель председателя городской думы города Тамбова Ольга Старцева: «Я пришла в Думу в 2001 году. До этого я 9 лет возглавляла Центр социального обслуживания населения Советского района. Поначалу в Центре не было ничего. Ни людей, ни помещения. А проблемы были непростые. Они меня настолько закалили, что потом я уже могла решать любые человеческие проблемы. Когда мне предложили баллотироваться в Думу, то я отказывалась до последнего дня. Но отказы с моей стороны не принимались. Я говорю об этом откровенно».

Модель парашютирования в исполнительную власть из других сфер занятости, например, из бизнеса, также имеет место. Причем отсутствие инициативы со стороны женщин и высокая случайность при высоком назначении сохраняется и в этом варианте. В данном случае определяющим является то, что губернатор Пермского Края, сам вышел из бизнеса. Поэтому закономерно, что своих бывших соратников, хорошо зарекомендовавших себя в бизнесе, он пригласил работать во власть, несмотря на то, что они не имели непосредственного опыта работы во властных структурах, но обладали хорошим опытом управления.

Это позволяет говорить о том, что в России именно законодательная власть является относительно закрытой для женщин, что пока не воспринимается женщинами как недопустимая ситуация.

В заключение отметим, что в России сложно говорить о преобладании определенной модели продвижения во власть. Тем не менее, выделим три определяющих момента, если говорить о попадании во власть:

(1) На сегодняшний день в нашей стране преобладает бюрократический путь наверх. Результатом такой политики, как отмечают многие исследователи, в России 2000-х годов стало усиление позиций бюрократов - чиновников.

(2) Одной из наиболее характерных особенностей России является переход во власть представителей бизнеса. В ближайшем будущем эта тенденция, скорее всего, получит дальнейшее развитие, поскольку продвижение успешных кадров из бизнеса во властные структуры рассматривается нынешним российским руководством как способ решить проблему дефицита кадров.

(3) Партии в России не превратились в эффективный социальный лифт. В нашем исследовании эта особенность выявилась особенно ярко. В перспективе эта ситуация может измениться, так как властью предпринимаются усилия, направленные на превращение партий в основной канал пополнения политических руководящих кадров в Центре и регионах.

Сегодня процесс завоевания женщинами высших постов на всех уровнях власти в России становится все более заметным. Не только массовое сознание, но и сами женщины начинают верить в то, что им под силу те рубежи деятельности, которые еще 15-20 лет назад были признаны исключительно мужской сферой приложения сил.

Однако, как показало проведенное исследование, какие бы усилия не предпринимались женщинами, чтобы достичь успеха в политической карьере, эффект гендерной сегрегации в политике в России пока сохраняется.

Институты власти продолжают оставаться достаточно инерционными, несмотря на то, что за их окнами меняются экономические и политические режимы, идет процесс переосмысления многих представлений о роли мужчин и женщин в современном обществе, являющихся ранее незыблемыми. И это не случайно. Перемены в сознании политических игроков нельзя произвести быстро, они иногда накапливаются годами, чтобы потом дать неожиданный эффект. Похоже, что сегодня мы стоим на пороге таких перемен, которые завтра могут кардинальным образом изменить привычные представления о женских возможностях во власти и характере женского лидерства.

Статья размещена на портале rabkor.ru по данному адресу
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments